Главная | Регистрация | Вход | RSS

Архиварий-Ус

Меню сайта
Категории раздела
Новости
Мои статьи
Политика и экономика 1980
Литературная газета
Газета "Ленинская Правда"
Газета "Правда"
Еженедельник "За рубежом"
Газета "Полярная Правда"
Газета "Московская правда"
Немецкий шпионаж в России
Журнал "Трезвость и культура"
Политика и экономика 1981
Журнал "Юность"
Статистика
Яндекс.Метрика
И снова весна
Герой Социалистического Труда, заслуженный механизатор РСФСР, подруга и сподвижница, легендарной Паши Ангелиной Варвара Максимовна Бахолдина активно участвует в подготовке и воспитании женщин-механизаторов на Алтае. Наставник молодежи В.М. Бахолдина шефствует над звеньями и бригадами женщин-механизаторов в родном Шипуновском районе Алтайского края: 

Еще не просохла земля, в балках лежит ноздреватый снег, а Мария Ивановна уже шагает по дороге, оставив грузовик у обочины. Высматривает, как лучше пройти машинам с зерном, — скоро сев. А в эту весну он особо ответственный — сев юбилейного ленинского года.


Казалось бы, зачем Марии Ивановне выезжать в поле? Должность у нее, как принято считать, спокойная — механик автогаража. Сама попросилась: годы уж не те, чтоб по степи мотаться. Выдать запчасти, сделать отметку в журнале — вот, казалось, и вся премудрость...


— Руководить автохозяйством из гаража — дело нехитрое, — говорит Мария Ивановна. — А я вот проеду по дорогам, каждую рытвину рукой пощупаю.
Скажу хлопцам: здесь сподручней объехать, чем машину бить. А вон ту колдобину надо бы засыпать. Сами же хлопцы могут это сделать.

В поселковом Совете только вчера о полевых дорогах говорили. Дескать, разбили их, много хлеба теряем. А мне как народному депутату нужно о них знать не понаслышке...


Так размышляла Мария Ивановна, делая пометки на предусмотрительно взятой с собой карте. Сняла теплый платок, и шальной ветер растрепал ей волосы...


Запрокинула голову — в небе плыли журавли, тихо, как при замедленной съемке. Журавли — не диво. Свои, привычные. А как-то довелось ей увидеть фламинго. Птицы летели к озерам, к заповеднику. «А годы, как птицы, летят» — вспомнила Мария Ивановна слова старой песни. Но эта чуть грустная песня была созвучна сердцам людей старшего поколения. А они, молодежь, признавали тогда только бодрые ритмы. ...Ветер рвал в клочья паровозный дым, в воздухе звенела медь оркестра. Мать провожала ее на вокзале. Зачем волноваться; мама? Нас — тысячи, поднимем целину быстро, и я вернусь. Ехала дочка на новые земли с хорошей специальностью — трактористкой.


Но там на новом месте бригадир смерил ее недоверчивым взглядом. «На кухню — пожалуйста, а на трактор не посажу». Маша кипятилась, снова и снова доставала из чемоданчика драгоценные корочки, а бригадир только посмеивался. «Еще чего! У меня парней хватает...»

Но на кухню Маша не пошла. Стала прицепщицей. Все к земле ближе.


Бригадир спрашивал: «Не надоело пыль глотать?» А потом дрогнуло сердце; «Возьми комбайн. Маша, хотя, скажу откровенно, сомневаюсь я...»


Комбайн да и любую другую технику Мария Ивановна содержала всегда в «чистоплотности» — так она говорит. Бывает, иной механизатор, поленившись, кое-как, на несколько часов, устранит поломку комбайна. Дьяченко же с дотошностью до конца разберется, сделает все на совесть. И на жатве она опытных комбайнеров обходила. И орден Ленина тогда за высокие намолоты получила. Тот недоверчивый бригадир стал величать Машу не иначе, как Марией Ивановной.


И сладость первого успеха и горечь первой любви — это тоже целина. Думала она: нелегкую, дорогую сердцу работу и радость победы будут они делить пополам. Она и любимый. А человек тот оказался душой слаб. Сгубила его рюмка.


Собралась Маша однажды, бросила в чемодан пару платьишек и ушла от мужа куда глаза глядят... И вот уже в кармане плацкартный билет, и рельсы тускло блестят, как будто напоминают о вокзале ее юности. Так неужели все было зря, неужели?..


Совхоз, места, к которым душой приросла, оставила. А вот целину не смогла. Она знала: от себя не убежишь. От себя — значит от борозды под весенним небом, шороха спелых колосьев, от всего дорогого и близкого, что составляло теперь ее жизнь.


Услышала: на краю Кустанайщины есть совхоз, люди там удивительные... И поехала в «Буревестник». Уж больно название нравилось...


...Совхоз в самом деле оказался уникальным. Четыреста тысяч гектаров сельхозугодий — самое крупное, зерновое хозяйство страны, директором которого был Герой Социалистического Труда Н. Г. Козлов. Хороший хозяин, дальновидный руководитель, он сумел предугадать будущее своего совхоза. Предвидеть его небывалые урожаи: до 7 миллионов пудов хлеба в год Человек самоотверженный, увлеченный делом, он не щадил себя...
Остановилось сердце хлебороба, и в тот день плакала вместе со всеми Мария Ивановна Дьяченко, сильная и гордая женщина... Ни раньше того, ни позже не видели в «Буревестнике» ее слез.


Людям, приезжающим в сегодняшний совхоз имени Козлова, Дьяченко рассказывает одну историю, которая во многом определила традиции этого хозяйства, его нравственную атмосферу.


Было это давно, но память о событиях минувших лет до сих пор живет в народе.


...Через снега пробивался необычный караван — 83 машины. Везли кирпич, лес, продукты. Этот бесценный груз должен был вдохнуть жизнь в поселок, существующий пока только на землеустроительных схемах. Но напрасно вглядывались водители в серую предвечернюю мглу: не могли разглядеть палаток «Буревестника».


Хрипели, выбивались из сил моторы. Машины вязли в снегу. Люди зло и молча разгребали его лопатами, но ветер снова бросал снег в колею. Март на целине такой же лютый, как и январь. Не выдержали машины, сдали и человеческие нервы. «Заблудились!» — вопил молоденький шофер, размазывая по красному лицу не то снег, не то слезы. «Дальше не поедем, шабаш...» — хмуро сказали старые шоферы, Козлов вышел из передней машины, поплотней запахнул тяжелый полушубок и зашагал к горизонту. А под ногами шипела, как змея, поземка. О чем он думал тогда? Что может посчастливиться, и он увидит сквозь снежный вихрь долгожданный красный флаг и несколько палаток вокруг? Трудно сказать... Но он упрямо шел навстречу ледяному мартовскому ветру, не пряча от него лицо. И ничего в те минуты так не хотел, как услышать шум моторов за спиной. Метель усиливалась, новая сотня шагов могла стать последней в жизни Козлова. Нет, это не было безрассудством, жестом отчаяния. Директор будущего «Буревестника» верил в людей, которым предстояло стать целинниками. Его товарищи на минуту дрогнули, упали духом. Будто зарылась в окопах пехотная рота. Ни один солдат не смел высунуться. Наверное, в такие мгновения на фронте вставали во весь рост легендарные политруки и шли навстречу огню и свинцу. И этот короткий, часто последний рывок выбрасывал из окопов бойцов. Так было и здесь, в заснеженной степи. Вслед за директором двинулась вперед, застывшая было, колонна машин.


...Мария Ивановна не была в том караване. Но она часто приезжает к памятнику директору Н. Г. Козлову.


Положить цветы или просто постоять, подумать о прошлом, о настоящем, о будущем. В ответе Мария Ивановна за все, что оставил после себя этот прекрасный человек. Еще и потому в ответе, что Родина только двух буревестниковцев отметила высокой правительственной наградой — золотой звездой Героя — директора Козлова, и комбайнера Дьяченко.


Дело не в должности. И не в славе. Ее слава теперь — в учениках. И главный смысл жизни — чтобы растить смену.


Райком комсомола учредил приз ее имени, который Мария Ивановна Дьяченко вручила одиннадцатой комсомольско-молодежной бригаде их совхоза.

Победа была приятна тем более, что партком Марии Ивановне поручил шефство именно над этим коллективом.

Не все ладилось сначала у молодого бригадира. Пригляделась Мария Ивановна к работе бригады. И вот что обнаружила: много времени тратит каждый механизатор, пока исправит даже незначительную поломку. Поговорила с бригадиром. Он рукой махнул: «Нет у меня лишних людей, чтоб ремонтниками назначить».


И все же по настойчивому совету Марии Ивановны один списанный комбайн оборудовали под сварку, добыли и машину технического обслуживания. Потом подсчитали: норму одного рабочего, занятого ремонтом, с лихвой выполняют его товарищи, ведь теперь комбайны работали без досадных остановок.


...Двенадцать лет подряд избирали земляки депутатом Марию Ивановну Дьяченко. Совет поселковый, но это не значит, что заботы у депутата маловажные.


Когда-то воду в поселок возили за несколько десятков километров. Еще Козлов разыскал родник, при нем построили плотины, которые держали воду до глубокой осени. Но найти ее оказалось не самой трудной задачей. Вторая была не сложней — превратить поселок в сад


Сухая здесь земля, неприветливая. Веками ничего не росло, кроме ковыля. Эти места старожилы назвали Долиной смерти. Давно это было, но название осталось. Сначала Долина смерти будто оправдывала свое название. Деревья привозили издалека. И они умирали.


Вместе, с агрономом Лидией Андреевной Козловой, женой директора, за каждое деревце боролась Мария Ивановна. В немногие свободные часы она высаживала, «укутывала» их черноземом, пробовала разные подкормки. Потом женсовет бросил клич: «Выходите на субботник!» И стали приживаться в совхозе тополя, а за ними — яблони.


С пригорка видно: в белом весеннем кипении улицы Садовая, Набережная — вот какие названия в степном краю. На земле, которая стала цветущим садом благодаря выдержке, стойкости целинников, благодаря великой их заботе обо всем живом — хлебах, деревьях, травах...


...Плыть бы ее комбайну по целинному полю нескончаемо долго. Но беда приключилась. Заболела Мария Ивановна. Врачи строго-настрого запретили ей подниматься на мостик. Но не сдалась болезни, не ушла совсем с хлебного поля. Все машины, занятые на жатве или на посевной, должны быть на ходу. Теперь ей нужно содержать в «чистоплотности» 150 машин, а это немало.


Женщина-механизатор нынче не диковинка, а самое что ни на есть обычное явление. Мария Ивановна убеждается в этом каждый день: на занятиях механизаторского всеобуча, которые она ведет, все больше ее подруг. Уже этой весной выходят в поле первые женские звенья...

Сейчас у Марии Ивановны пора счастливых ожиданий. Она ждет свою дочь Валю. Может, в гости, а может... Валюша закончила кулинарный техникум.
Тоже, между прочим, примета времени: целинному совхозу срочно требовался опытный кондитер. «У нас обязанности так распределены: мама хлеб растит, а я его пеку». И верно: умела дочь торты делать и печенья вкусными получались, но «коронным» у нее был простой хлебный каравай: пышный, с хрустящей корочкой.


А лотом наступил Новый год, отгуляли свадьбу. Муж-горожанин увез Валю в город. Мать не перечила: дочь вправе искать свою судьбу. Но вот получила письмо Мария Ивановна. И чувствует, тоскует дочь в городе. И яблони-то там не так цветут и хлеба хочется пышного, деревенского... Вот и ждет Мария Ивановна молодых.


Весна — пора больших ожиданий..

Ю. КИРИНИЦИЯНОВ, Совхоз имени Козлова, Наурзунский район, Кустанайская область.

От редакции: Когда номер журнала находился в производстве, поступило сообщение: Мария Ивановна вышла замуж и уехала по месту работы мужа.
Пожелаем ей счастливой семейной жизни и новых трудовых свершений!

Журнал "Крестьянка" № 3 1980 г.

Оптимизация статьи - промышленный портал Мурманской области

Похожие новости:


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
publ, Мои статьи | Просмотров: 3019 | Автор: platoon | Дата: 13-09-2010, 04:29 | Комментариев (0) |
Поиск

Календарь
«    Апрель 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930 
Архив записей

Апрель 2020 (3)
Март 2020 (1)
Ноябрь 2019 (5)
Октябрь 2019 (4)
Сентябрь 2019 (3)
Август 2019 (7)


Друзья сайта

  • График отключения горячей воды и опрессовок в Мурманске летом 2020 года
  • Полярный институт повышения квалификации
  • Обучение по пожарно-техническому минимуму
  •