Главная | Регистрация | Вход | RSS

Архиварий-Ус

Меню сайта
Категории раздела
Новости
Мои статьи
Политика и экономика 1980
Литературная газета
Газета "Ленинская Правда"
Газета "Правда"
Еженедельник "За рубежом"
Газета "Полярная Правда"
Газета "Московская правда"
Немецкий шпионаж в России
Журнал "Трезвость и культура"
Политика и экономика 1981
Журнал "Юность"
{mainlink_code_links}
Статистика
Яндекс.Метрика
{mainv}
Девочка из нашего класса
Наталья Хмелик

По дороге из института Томка зашла в булочную. Покупателей не было, пахло теплым хлебом и почему-то шоколадом. Старенькая кассирша отложила розовое вязание, посмотрела на Томкин большой портфель и спросила:
 
— Учишься?
 
— Да,— сказала Томка и кивнула на портфель.
 
— Булки не бери, булки вчерашние,— сказала кассирша,— бери батон за тринадцать.
 
Томка положила батон в портфель, прикрывая его спиной от кассирши. Ей не хотелось, чтобы кассирша увидела, что в портфеле поверх учебников лежат кеды. Тут дверь стукнула, в булочную вбежала Катя.
 
Она увидела Томку, засмеялась и сказала:
 
— Томка! Не заходишь, зазналась, что ли! Булочки мягкие? — спросила Катя у кассирши.
 
Кассирша промолчала, а Томка сказала:
 
— Бери батон.
 
— Я тебя провожу,— сказала Катя и ухватила Томку под руку.
 
Они шли по сухому асфальту. В новом, еще не заселенном белом доме несколько окон горели на солнце, а остальные темно блестели.
 
— Скоро весна,— сказала Катя и сильно вздохнула,— пахнет уже весной.
 
— Сережку встречаешь? — спросила Томка.
 
— А ну его,— сказала Катя,— в химическом учится, с утра до вечера, с утра до вечера. Ты тоже с утра до вечера?
 
— Не то чтобы...— сказала Томка.
 
— У нас в медицинском одних названий три миллиона, а я ничего, живая.
 
— Кать, а трупы резать страшно? — спросила Томка.
 
— Да брось ты об этом.— Катя дернула головой.— Ты что, ничего не замечаешь?
 
— А что? — спросила Томка.
 
Катя чуть отошла, посмотрела, как будто ждала чего-то, и улыбалась. Томка оглядела ее зеленое пальто, белую шапку, связанную петельками.
 
— Пальто у тебя очень красивое.
 
— Пальто! — засмеялась Катя и протянула руку к самым Томкиным глазам.— Кольцо у меня обручальное. Я замуж выхожу, летом. А ты — «пальто»!
 
Широкое желтое кольцо на тоненьком пальце.
 
Око светилось на солнце, и Томке пришлось сощуриться.
 
— Ой,— сказала она,— не может быть!
 
— «Не может быть, не может быть»,— засмеялась Катя,— я уж и так руку поворачиваю, и сяк, чуть не вывихнула, а ты все не замечаешь. Все-таки ты чудачка.
 
— А за кого? — спросила Томка.
 
— Ты его не знаешь. Он уже армию отслужил, на вечернем учится. Ему знаешь сколько лет? Двадцать шесть!
 
— Старый,— сказала Томка.
 
— «Старый»,— засмеялась Катя. — Ты, Томка, еще ребенок.
 
Томке захотелось ответить что-нибудь, но такие ответы придумывались только на следующий день.
 
— Ладно, пойду,— сказала Катя.— Он меня около метро ждет. В кино пойдем.
 
— На какую картину?
 
— На двухсерийную. До свидания.
 
Катя еще немножко постояла, и Томка подумала:
 
«Какие у Кати красивые зеленые глаза. Наверное, поэтому ей идет зеленое пальто».
 
Томка пила чай на кухне, а мама мыла посуду, Томка посмотрела в мамину спину и сказала:
 
— Мама, а Катя замуж выходит.
 
Спина напряглась. Потом мама обернулась:
 
— Какая Катя?
 
— Из нашего класса, волосы вьются.
 
— Господи, боже мой! — сказала мама. Потом помолчала и спросила: — Мне никто не звонил?
 
— Нет,— сказала Томка
 
Мама погремела ложками в ящичке и спросила:
 
— Ты уроки сделала?
 
— Мама, какие уроки! Это называется подготовка к семинару.
 
— Какая разница,— ответила мама.
 
Недели через две Катя ворвалась к Томке в дом и закричала:
 
— Я принесла два пригласительных билета!
 
Из Катиной сумки посыпались сосиски, упала на пол белая капроновая перчатка.
 
— В субботу свадьба в ресторане «Лунный», — сказала Катя. — Саша к нам уже переехал. Сосиски, пельмени, вермишель. Просто ужас! Знаешь, мужчину очень трудно прокормить.
 
На пригласительных билетах были золотые кольца, а внутри Катя написала ровным школьным почерком: «Милая Тамарочка!» Дальше шел типографский текст: «Приглашаем Вас на торжественный вечер, посвященный нашему бракосочетанию».
 
— Это на одно лицо,— сказала Катя и лукаво спросила: — А второе лицо как зовут?
 
— Еще не знаю, — ответила Томка беспечно. Пусть Катя знает, что выбор у Томки большой, и кого она пригласит, еще неизвестно. Но по Катиному лицу Томка поняла, что Катя подумала: «Большой выбор — это не хорошо, а плохо».
 
— Ладно,— сказала Катя,— оставляю чистенький билет, потом сама заполнишь.
 
Катя убежала, а Томка стала звонить по телефону.
 
И тут выяснилось, что у Мити в субботу проводы: ребята уезжают в стройотряд. У Алешки зачет по теории вероятности, а к Саше, которого и так-то никуда не вытащишь, приехал Имант из Риги. Томка не знала никакого Иманта, но расспрашивать не стала. К каждому может приехать Имант из Риги.
На свадьбу она пригласила Каринну. Каринна учится в консерватории, она очень красивая, и все были уверены, что она выйдет замуж за композитора. А она вышла за студента-заочника. Каринна спросила: 
 
— Том, можно я пойду в брюках? У меня платье в химчистке.
 
— Подожди, я у мамы спрошу,— сказала Томка.
 
Мама ответила:
 
— Делайте, что хотите. В наше время свадеб не было, откуда я знаю.
 
— Зато у меня жилетка новая,— сказала Каринна.— А как ты думаешь, цыпленка-табака дадут? А это ничего, что я их никого не знаю?
 
— Я их тоже никого не знаю,— ответила Томка, — только Катю.
 
— Нужен подарок,— сказала мама,— люди не ходят на свадьбу с пустыми руками.
 
— У меня есть два Заболоцких, — сказала Томка. — Я могу подарить Кате Заболоцкого.
 
— Заболоцкий не годится. Полагается что-нибудь в дом.
 
— А стихи не в дом? — строптиво сказала Томка.
 
— Не морочь голову. В дом — это скатерть, вилки, магнитофон.
 
— Еще чего! — засмеялась Томка,
 
— В комиссионном у нас продают стеклянный подсвечник, он стоит шесть рублей, красивый, старинный. Возьми деньги у меня в сумке.
 
Томка и Каринна сидели во дворе ресторана на ящике. Они развернули подсвечник и подстелили под себя бумагу. Томка была в новом желтом платье с голубыми полосами.
 
— Я чеканку принесла,— сказала Каринна.
 
На чеканке была грузинская красавица с длинными глазами. Она несла узкий кувшин.
 
В стороне стояли несколько парней.
 
— Девочки! Вам не скучно? — крикнул высокий, в голубой рубахе.
 
Томка подвинулась поближе к Каринне:
 
— Пойдем отсюда.
 
Парень в короткой оранжевой курточке отбросил с лица волосы и сказал:
 
— Ну их! Строят из себя.
 
И парни ушли.
 
Тут во дворе появилась Катя в белом платье с фатой и в длинных белых перчатках.
 
— Томка! Вот ты где,— сказала она.
 
— Это Каринна,— сказала Томка,— она в консерватории учится.
 
— Я вас поздравляю,— сказала Каринна Кате.
 
Катя обмахивалась газетой и приговаривала:
 
— Ой, жарко!.. Ну, ничего, Сашка и вовсе в костюме. Свадьба бывает раз в жизни.
 
Пришел жених в черном костюме и с цветами. Он протянул Томке руку и сказал сдавленным голосом:
 
— Саша. Очень приятно.
 
Катя пожаловалась:
 
— С одиннадцати утра колготимся. То во дворце, то дома с гостями. Представляете, девочки,— до свадьбы два дня, а у меня ни фаты, ни перчаток.
Туфли белые подобрали в последний момент. И на рынке одни ландыши. Саша за розами вчера в центр ездил.
 
— Это тебе,— сказала Томка и протянула подсвечник.
 
— Какая прелесть! — ответила Катя.— Ты его, Томка, поноси пока. Саша, где мой букет?
 
Она взяла у Саши розы и сказала:
 
— Сейчас я остальных гостей позову. Родственники в скверике сидят, Сашины ребята в соседнем дворе разговаривают. Саша, сбегай за ними.
 
Саша кивнул и пошел. А Катя побежала через дорогу в скверик и на ходу кричала:
 
— Папа!.. Мама!... Тетя!... Дядя!.. Бабушка!..
 
— А она милая,— сказала Каринна.— Сколько ей лет?
 
— Восемнадцать,— ответила Томка.— Мы с ней в одном классе учились. Каринна, а у тебя была фата?
 
— Нет. Я в брюках замуж выходила.
 
— В этих?
 
— Нет. В белых и в кружевном пальто. Мама всем говорила: «Смотрите, какие у нее замечательные руки. Восемь лет за инструментом».
Вернулся Саша, за ним шли парень в голубой рубашке и другой, в оранжевой курточке, и еще несколько в костюмах и при галстуках.
В голубой рубашке засмеялся:
 
— Да мы с вами одна компания!
 
В оранжевой куртке сказал:
 
— Георгий. А это мой друг Анатолий. И еще Саня, Сергей, Николай.
 
— Я близорукая,— сказала Каринна.— Вы пиджаки снимете, я все равно вас перепутаю.
 
— Строят из себя! — сказал Анатолий.
 
В зале стояли столы буквой «Т», блестели фужеры.
 
— Подарки кладите вот на этот стол,— показала бабушка.
 
В углу возились со своими гитарами музыканты в разрисованных футболках. Толстый крикнул:
 
— Каринна! Вот чудеса! Ты с кем?
 
— С подругой. Это Павел из консерватории, — объяснила Каринна Томке.
 
— А мужа дома бросила? — закричал Павел.
 
— Молчи,— ответила Каринна.— Лабух.
 
Потом все сидели за столом. Кто-то кричал «Горько!». Какой-то гость читал речь по бумажке. Фотограф в мокрой на спине белой рубашке вытаскивал из-за стола родственников, в разных сочетаниях ставил их у стенки и снимал.
 
— На моей свадьбе тоже были котлеты по-киевски,— сказала Каринна.
 
Около них сел Катин папа и спросил:
 
— Вы замужем? Кто бы мог подумать, такая молоденькая.
 
— Мне двадцать четыре года,— сказала Каринна.
 
— Она в консерватории учится,— объяснила Томка.— Восемь лет за инструментом. Представляете?
 
Оркестр заиграл современный ритм. Томка танцевала с Георгием.
 
— Ты где работаешь? — спросил он.
 
— Учусь,— сказала Томка, но поняла, что за грохотом музыки он не слышал.
 
Катин папа закричал:
 
— Тише! Тише! Я хочу сказать! — Наконец, музыка смолкла, и он встал во главе стола и сказал: — Растишь, растишь дочь, а потом приходит какой-то... Ты уж меня, Саша, извини. И она замуж выходит ни с того ни с сего и фамилию меняет. А я кандидат технических наук, и как кандидат технических наук я вам прямо скажу...— Он уже обращался не к Саше, а к Сашиному отцу.— Она как была моя дочь Катерина, так и останется моя дочь Катерина. И вообще, нас больше, чем вас.
 
Бабушка тянула его за рукав:
 
— Василий, сынок! Скажи этим артистам, пусть они что-нибудь нежное сыграют, душевное. «Амурские волны», а, сынок? Я же Катеньку вот такой помню.
Катин папа подошел к оркестру, что-то сказал, и оркестр грянул «Цыганочку».
 
Папа подбежал и схватил за руку Томку.
 
— Я не умею «Цыганочку»,— сказала Томка.
 
Тогда он повернулся к Каринне.
 
— Я кандидат технических наук! — прокричал он гордо.
 
— Вы тесть,— сказала Каринна тихо. Но ее было слышно.— С сегодняшнего дня.
 
— Нет, я кандидат технических наук! — упорствовал папа.
 
К ним подошла Катя. Она была раскрасневшаяся, очень красивая.
 
— Папа недавно защитился,— сказала она.— Правда, у нас весело?
 
— Очень,— ответила Томка.
 
Каринна танцевала с толстым Павлом из оркестра.
 
Потом села рядом с Томкой и сказала:
 
— Хорошо подвигались.
 
— Толстый, а как танцует,— удивилась Томка.
 
— Чувство ритма. Музыкант!
 
Бабушка стояла у стола с подарками и переставляла вазы, будильники и кастрюлю-скороварку.
 
Вдруг бабушка запела громко и яростно:
 
Эх, полным-полна коробушка!
 
И оркестр перестал играть современный ритм и начал аккомпанировать бабушке. Каринна стала подпевать, и Томка тоже.

Журнал "Юность" № 12 1974 г.

Оптимизация статьи - промышленный портал Мурманской области

Похожие новости:


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
publ » Журнал "Юность" | Просмотров: 599 | Автор: Guhftruy | Дата: 14-03-2016, 11:55 | Комментариев (0) |
Поиск

Календарь
«    Октябрь 2021    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Архив записей

Сентябрь 2021 (1)
Июнь 2021 (1)
Май 2021 (1)
Апрель 2021 (1)
Март 2021 (3)
Февраль 2021 (4)


Друзья сайта

  • График отключения горячей воды и опрессовок в Мурманске летом 2021 года
  • Полярный институт повышения квалификации
  • Обучение по пожарно-техническому минимуму
  •