Главная | Регистрация | Вход | RSS

Архиварий-Ус

Меню сайта
Категории раздела
Новости
Мои статьи
Политика и экономика 1980
Литературная газета
Газета "Ленинская Правда"
Газета "Правда"
Еженедельник "За рубежом"
Газета "Полярная Правда"
Газета "Московская правда"
Немецкий шпионаж в России
Журнал "Трезвость и культура"
Политика и экономика 1981
Журнал "Юность"
{mainlink_code_links}
Статистика
Яндекс.Метрика
{mainv}
Ехала деревня
Уже давно стали привычными слова «Нечерноземье обновляется». Никого сегодня не удивишь ни новыми жилыми домами, ни животноводческими комплексами. В любом хозяйстве строят. И тут многое зависит от руководителя хозяйства, от того, каков у него взгляд на будущее, на развитие колхоза или совхоза.

«Крестьянка» неоднократно обращалась к проблеме, далеко не безразличной любому сельскому жителю: каким быть селу? Каким быть дому крестьянина?


Мы рассказывали о трудностях, возникающих в связи с реконструкцией сел, в Горьковской и Костромской областях, представляли читателям интересный опыт модернизации исконно крестьянского дома в совхозе «Верхнетроицкий», Калининской области, работу домостроительного комбината в Пензенской области, в Белоруссии.


Сегодня кировский писатель В. Ситников знакомит с делами и мыслями двух председателей колхозов, вложивших немало сил в решение этой проблемы.

Взгляните на физическую карту Кировской области. Контурами своими напоминает она дымковского глиняного петуха. Весь этот «петух» в зеленых пятнах хвойных лесов и болот. Глухие леса и болота диктовали моим прадедам или даже прапрадедам свои условия. Плешины отвоеванных у тайги полей могли прокормить немногих. Поэтому крестьяне селились починками из трех-четырех дворов, которые потом разрастались до-10—15, от силы до 25 дворов.


По данным статистики, в нашей области в 1950 году было 17 тысяч деревень, сейчас их немного больше 7 тысяч. Часть из них — малодворки от двух до десяти домов. Деревни старые, и население им под стать — старики да старушки. Механизаторам, дояркам, молодым людям, прибывшим на жительство и работу в хозяйство, руководство предоставляет жилье в бригадных центрах, а то и на главной усадьбе, в общем, в так называемых «перспективных поселках».


В Кировской области 2 миллиона 300 тысяч гектаров пахотной земли. На одного сельскохозяйственного работника приходится 16—20 гектаров пашни. Немало. Надо к этому добавить природные условия. Только в середине мая у нас разгар сева, а в середине сентября должна завершиться уборка.
Срок короткий, дел много. Вот и налезает работа на работу, как говорят в деревне. А если выдастся сырой год? Из пяти почти всегда бывает два лета дождливых. Тогда уж совсем приходится трудно.


Главный резерв — дальнейшая механизация сельскохозяйственного труда, особенно в животноводстве, новая, по-ипатовски, организация труда на Севе и уборке. Но при нехватке рабочей силы разбросанность людей по отдаленным деревням ощущается особенно остро.


Не редкость, когда отдаленные хозяйства привозят на заводы молоко скисшим, негодным к приемке. Из-за плохих дорог и удаленности мелких деревень, бывает, замерзает в буртах неотправленный картофель, идут на корм скоту отличные, белые, только для засола, кочаны капусты.


А если добавить к этому трудность медицинского обслуживания, снабжения удаленных деревень товарами, то, что не задерживаются там из-за бытовой неустроенности дольше обязательного срока молодые учителя, врачи, культпросветработники, картина получится не из веселых. Все эти проблемы и трудности выливаются в крайне нежелательное для области явление — большую миграцию сельского населения.


Селения всегда тяготели к транспортным путям. Самые большие старинные села стоят на реках или бойком тракте. Зримо разрастаются те деревушки, которым выпало счастье оказаться вблизи шоссе. Молодеют тогда селения.


Ну а как быть со множеством других старинных красивых сел, расположенных в уютных живописных местах, но удаленных от дорог?


...Август. По всей области страдная пора уборки хлебов: густыми озабоченными голосами, словно шмели, гудят в полях самоходные комбайны. Справа и слева тянутся пологие накаты полей: уже скошенной ржи, дозревающей пшеницы, овса.


И вдруг я замечаю в привычном пейзаже совершенно неожиданное: перелесками и полями движется дом. Все у дома на месте: и тесовая крыша, и поблескивающие на солнце окна, и даже два примостившихся по углам скворечника. Все это едет в полном порядке на новое место жительства.


Председатель фаленского колхоза имени Кирова, где это происходит, Николай Андреевич Селюнин, улыбаясь глазами, смотрит, какое произвело на меня впечатление это зрелище.


— У нас, как в присказке: ехала деревня мимо мужика, — смеется он и идет к двум мощным тракторам, тянущим дом на толстых бревнах — «лыжах». Трактористы действуют уверенно и споро. Заметно по всему, привычное для них дело—такая транспортировка.


Однажды (как уверяет Николай Андреевич) увидел он где-то в газетах: дом едет целехонек, в окне старуха чай пьет, а на подоконнике кошка лапой умывается.


Отчего бы так не попробовать?


Попробовали с избой Петра Константиновича Тюфякова. Получилось. Перетащили ее за шесть километров, и не развалилась. Поставили на новом месте. И на все это ушло пятнадцать дней.


Я поинтересовался тогда, сколько перевезено домов в неразобранном виде. Цифра оказалась внушительной: более 200. К 1971 году перевезены были в новые поселки последние три дома. Сселение в колхозе имени Кирова закончилось.


А в тот раз на наших глазах за первым домом неторопливо снялся со своего места второй, и вот уже лишь черемухи да рябины напоминают о том, что была здесь недавно деревня Митенки.


Вроде без всякой связи рассказал Селюнин о том, как перевозили одну старушку колхозницу в новый дом. Избушку ее пришлось на дрова пустить: вся покосилась. Сидит она в машине на своем сундуке, козу обняла и плачет, ей жалуется: «На чужую мы сторону едем, свою милую сторонушку спокидаем, могилки родимые далеко будут». Николай Андреевич не выдержал, спросил: «Может, не поедешь тогда?»


Старушка сразу причитания оборвала: «Да что ты, председатель, говоришь-то! Поеду. Только пореветь-то мне дай!»


Выходит, и тут сселение — дело деликатное. Это Селюнин всегда понимал. Он был убежден в правоте своей «модели» подъема колхоза.


Сейчас уже всем ясно, что те хозяйства, которые сумели провести вовремя концентрацию животноводства и сселение, выиграли: народ здесь остался на месте. Они опередили в экономическом развитии своих соседей, которых продолжает мучить разбросанность деревень. Выигрыш, помимо улучшения условий труда, быта, культурного обслуживания, Николай Андреевич Селюнин видит еще и в том, что люди почувствовали перспективу.

Недавно Селюнин ушел на пенсию. Сдал преемнику колхоз богатым и процветающим.

Ту же мысль о перспективе слышал я от очень умного, умеющего смотреть в корень явления председателя колхоза «Путь Ленина», Котельничского района, Героя Социалистического Труда Александра Дмитриевича Червякова.


Есть колхозы, которые с ходу опровергают всякое нелестное утверждение о глубинке. Именно такое хозяйство—колхоз «Путь Ленина». Находится он в 140 километрах от областного центра, далеко и от районного. И ясно, что каждый километр работает не на колхозную кассу, а, наоборот, берет из нее.

Однако колхоз процветает.


Было время, когда нам могли привести в пример современной деревенской застройки эстонский поселок Саку, Вертелишки в белорусском колхозе «Прогресс». А вот теперь стали широко известны и вятские деревенские новостройки. Одна из самых интересных, без сомнения, поселок Юбилейный.


Уже при первой встрече запомнился рассказ Александра Дмитриевича Червякова о том, как он сам ходил по земляному месиву, с трудом вытягивая из грязи сапоги и вколачивая колышки, обозначающие будущие улицы. Уже тогда рисовался в его воображении поселок, четко разделенный на производственную и жилую части, уже тогда искал он варианты и образцы застройки.


Он понимал: нынче, как никогда раньше, переплелись интересы производственные и бытовые. Работать на современных механизмах и жить в неудобном доме люди считают противоестественным. Но что надо человеку, чтобы он был доволен условиями жизни?


В колхоз «Путь Ленина» часто наведываются гости. Одних интересует полностью механизированная ведущая отрасль — льноводство, которое «озолотило» колхоз, другим хочется перенять опыт сселения и застройки колхозного поселка. Узнают приезжие люди о том, что в добротных домах, которые они видели, мизерная квартплата, в школе бесплатное питание для ребятишек и половинный взнос за обучение в музыкальных классах, регулярные концерты артистов филармонии в Доме культуры, своя самодеятельность. А мне бросились в глаза еще и такие приятные мелочи: в палисадниках около каждого дома — отличные цветники, на праздниках русской зимы и урожая — бесплатные блины с медом, в конторе в жару в графинах не вода, а на солоде русский квас. Причуда? Нет. Все это для людей. Все это им приятно.


Я смотрю на проект дальнейшей застройки поселка Юбилейный, изображенный архитекторами с помощью белых, как сахар-рафинад, кубиков. Тут будущее на 10 лет вперед. Здесь новый Дом культуры, больница на 50 мест, жилые дома, животноводческий комплекс, асфальтированные улицы.
Только в десятой пятилетке для осуществления всего этого затрачено 6,8 миллиона рублей.


Надумал перебраться из деревни Вылегжата в поселок Юбилейный заслуженный человек, участник войны Александр Филиппович Колчанов. Мы сидели с ним перед отъездом в вылегжатской его горнице. Из окна открывался милый сердцу Александра Филипповича пейзаж: веселая шеренга берез, речка.

Со стены, из застекленной рамы, смотрели на нас давние жители Вылегжат, родственники Александра Филипповича и, мне казалось, глядели с укоризной. И еще я травил душу Колчанову, спрашивал, не жалко ли ему уезжать.


— Вишь ли, парень, — нахмурившись, объяснил он мне, не отвечая прямо на вопрос, — в Вылегжатах я больницы не дождусь, всего тут два дома теперь, а во мне с войны осколки. Прижмет, хвать-похвать, без медика ничего не успеешь сделать.


Александру Филипповичу нужен медпункт, другим надоело по зимним суметам да осенней распутице ходить из своей малодворки за хлебом.


Но у людей пожилых и в новом поселке запрос на жизнь иной, чем у молодежи. Они в каменные многоэтажки селиться не хотят. Им надо, чтоб были усадебка и хлев. В такой дом переехал и Александр Филиппович Колчанов. Он привык к жизни в крестьянском доме.


С точки зрения архитекторов многоэтажки помогают создать силуэт поселка, сделать его красивее и компактнее, удешевляют затраты на коммуникации.

А вот с точки зрения житейской, оказывается, спешить с переселением крестьянина в каменную многоэтажку не стоит. Дело в том, что это влечет сокращение личных хозяйств, превращает крестьянина из производителя продукции в ее потребителя.


Личное подсобное хозяйство имеет полное право на то, чтобы ему оказывалась поддержка.

Статистика отрезвляет ретивых. Год от года все меньше становится в личных хозяйствах коров, поросят, другой живности, и меньше стали выращивать крестьяне картошки, лука, других овощей. Причины такой тенденции самые различные, но есть и такая: при спланированных по-городскому домах личным хозяйством заниматься неудобно.


Селюнин, Червяков, многие другие думающие руководители хозяйства не обольщаются мыслью, что в поселках их колхозов сделано все так, как надо деревенскому нынешнему жителю. Может быть, по-другому со временем будут выглядеть зоны труда и отдыха. Они уверены, что в дальнейшем иначе будут строить колхозники дома.


— У деревни должны быть свои преимущества перед городом, — убежденно заявляет Червяков. — Хорошо бы в каждом районе иметь несколько вариантов показательных удобных домов, предлагаемых сельскому жителю проектировщиками.


Собрался, например, колхоз поставить новые дома, пусть люди посмотрят в натуре несколько вариантов и выберут, какой им по вкусу.


В нашем лесном краю в большинстве районов лесоматериала достаточно. Значит, надо иметь под рукой проект строительства деревянных домов. Вряд ли у нас стоит пренебрегать такой возможностью. Известно, что на Руси деревянные дома стояли от 80 до 200 лет.


Каким быть селу, теперь известно в каждом из 579 хозяйств Кировской области — везде имеются проекты застройки. Тысячи деревень уже сселились.


Но продолжают волновать вопросы, каким быть крестьянскому дому, как улучшить сферу обслуживания, каким образом отделить производственную зону от жилой, как решить проблему дальнего поля и луга, как сохранить памятники культуры и достопримечательности, живописнейшие уголки природы. На новых местах, в новом доме всегда немало хлопот, которые надо преодолеть, чтобы обжиться, чтобы земля стала не хуже, чем была, чтобы не пострадал ее лик от решительного нашего вмешательства.


В. СИТНИКОВ Кировская область


Журнал "Крестьянка" № 10 1980 г.


Оптимизация статьи - промышленный портал Мурманской области

Похожие новости:


Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
publ, Мои статьи | Просмотров: 3140 | Автор: Василий | Дата: 24-08-2010, 07:48 | Комментариев (0) |
Поиск

Календарь
«    Март 2021    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031 
Архив записей

Февраль 2021 (4)
Январь 2021 (6)
Декабрь 2020 (8)
Ноябрь 2020 (7)
Октябрь 2020 (7)
Сентябрь 2020 (15)


Друзья сайта

  • График отключения горячей воды и опрессовок в Мурманске летом 2020 года
  • Полярный институт повышения квалификации
  • Обучение по пожарно-техническому минимуму
  •